Прям не везёт нашему «энергетическому суверенитету». Производим дизельного топлива больше, чем сами жрём. По всем бумажкам — профицит. По словам вице-премьера Александра Новака — «в целом внутренний рынок обеспечен и дизельным топливом, перебои случаются на отдельных АЗС из-за проблем с логистикой и быстро устраняются».
А на деле в ряде регионов страны — жёсткие лимиты. 50-60-80 литров в одни руки. Или только в бак. Фуры стоят сутками, люди ночуют в кабинах. Центральная Россия, Северо-Запад, Юг, Иркутская область, Дальний Восток. Аграрии в разгар сезона не могут нормально заправить технику. Перевозчики поднимают тарифы, потому что простой. Всё это ложится в цену хлеба, овощей, кирпича и всего остального.
Формально дизеля в стране хватает.
Для тех, кто в Москве смотрит на цифры производства и отчитывается, что «рынок обеспечен». Для тех, кто едет по трассе или пашет поле — его нет. Он «застрял в пути».
Эксперты, в отличие от чиновников, говорят прямо. Алексей Белогорьев из Института энергетики и финансов объясняет: основные работающие НПЗ сосредоточены в Волго-Камском бассейне, на Урале и дальше. А в московской агломерации, на Северо-Западе и юге европейской части России поставки упираются в «бутылочные горлышки» перегруженной и удлинившейся железнодорожной логистики. При этом приоритет по железке отдаётся бензину и авиакеросину. Дизель — в конце очереди.
К 1 июля предложение дизеля упало до 70–75 % от обычного уровня. Профицит сократился в два с половиной раза. Формально топливо есть. Быстро довезти туда, где оно нужно прямо сейчас, — уже невозможно.
И это не «временные трудности». Это система, которую строили годами. Десятилетиями делали ставку на экспорт. Бабло от продажи за границу было важнее, чем чтобы в своей стране человек мог спокойно заправить фуру или комбайн. Модернизацию заводов проводили — а логистику под новую географию производства не подтянули. Потому что это дорого и долго. А экспортные потоки — это сразу деньги на счетах.
Потом пришли удары по НПЗ. Производство просело. Компании начали резать внутренние продажи до обязательного минимума, чтобы свои сети обеспечить. Экспорт частично притормозили сами — потому что тащить через пробки уже невыгодно.
Правительство теперь лихорадочно думает, вводить ли полный запрет на экспорт дизеля для производителей. Колеблется. Потому что если ввести жёстко — производство может просесть ещё сильнее. А если не вводить — народ будет дальше стоять в очередях и платить за чужую жадность и чужую нерасторопность.
Выбор простой: либо экспортные доходы отдельных компаний, либо нормальная жизнь внутри страны. Пока выбирают первое. С оговорками. С «временными мерами». С «отдельными АЗС».
Когда нужно было защитить внутренний рынок от «вредного» импорта или заблокировать неугодные сервисы — вводились запреты, квоты и «временные» ограничения мгновенно. Когда нужно людям — нормальная заправка в своей стране — внезапно «логистика, сезонность, быстро устранится».
Здесь всё предельно последовательно: для нас — бутылочное горлышко. Для тех, кто на экспорте и отчётах сидит — приоритет и «рыночные механизмы». И не надо потом удивляться, почему люди, когда видят, как вас задевает, только злорадствуют. Потому что вы сначала нас в это горлышко загнали. А теперь сами в нём застряли.
