Я летаю часто, в основном — «Аэрофлотом», но впервые лечу на этом А320 «Сергей Довлатов».
И тут сразу два совпадения: я лечу по журналистским делам — в Ижевск, разговаривать с удмуртскими коллегами о добром и вечном, а у Довлатова на днях был день рожденья.
У Сергея Донатовича две заслуги перед журналистикой. Во-первых, никто лучше него не описал внутреннюю жизнь редакции — можно даже не уточнять, что советской, — любой.
Во-вторых, своими текстами он создал образец ясности и точности на десятилетия вперёд. Когда начинающие журналисты спрашивают, что читать, чтобы научиться писать, я в первую очередь называю Чехова и Довлатова.
«Редакционные пьянки — это торжество демократии. Здесь можно подшутить над главным редактором. Решить вопрос о том, кто самый гениальный журналист эпохи. Выразить кому-то свои претензии. Произнести неумеренные комплименты. Здесь можно услышать, например, такие речи:
— Старик, послушай, ты — гигант! Ты — Паганини фоторепортажа!
— А ты, — доносится ответ, — Шекспир экономической передовицы!..
Здесь же разрешаются текущие амурные конфликты. Плетутся интриги. Тайно выдвигаются кандидаты на Доску почёта.
Иначе говоря, каждодневный редакционный бардак здесь становится нормой. Окончательно воцаряется типичная для редакции атмосфера с её напряжённым, лихорадочным бесплодием».
Довлатов, «Компромисс».
…
Проблема только в том, что нет больше никаких редакционных пьянок. Да и редакций в прежнем понимании нет — разве что на телеканалах. Текстовые журналисты сидят по своим норкам, изредка вылезая на редакционные планёрки — и то, как правило, по видеосвязи.
Дело совсем не в алкоголе: пьянки и бухалово — это про разное. Но последней пьющей редакцией на моей памяти был «Русский репортёр». И он же — последней великой редакцией.
И это совсем не совпадение.
