Не ровен час, ещё и сами виноваты останетесь - под суд пойдете, как брянский предприниматель Пусев.
Скоро состоится суд по уголовному делу брянского предпринимателя, директора фирмы "Еврострой" 41-летнего Константина Пусева.
Нет, он не скрыл налоги, не провернул банальную строительную аферу и даже не "увел" на казенных подрядах бюджетные средства.
Его преступление, следствие по которому тянется уже... почти год (!), выглядит куда опаснее для общества: такое ощущение складывается при изучении собранных органами дознания и следствия материалов уголовного дела Пусева, которому уже предъявили обвинение.
В начале января Константин сделал на улице замечание двум незнакомым мужикам - отцу и сыну Буровым, как потом выяснилось.
За то, что те беспардонно, они этого и сами не скрывают, выйдя во двор многоэтажки, где в машине сидел Пусев, справили малую нужду.
Фактически рядом с детской площадкой. Дело было посреди бела дня, в ближнем пригороде Брянска - пос. Толмачёво, где с недавних пор живет Пусев.
Однако мужики, застигнутые врасплох Пусевым и малой нуждой, праведному замечанию не вняли.
И, как это водится нередко среди наших подчас невоспитанных граждан, вместо того, чтобы извиниться и стыдливо шаркнуть ножкой (ну с кем, в конце концов, не бывает - приспичить в любом-то может месте), стали в ответ, по всей видимости, бузить.
Ну или огрызнулись, уж не знаю, ну или просто сказали что-то нелицеприятное - аудио-или видеозаписей на этот счет нет, так что тут только предполагать остается.
Мол, делать тебе больше нечего, как за нами подсекать. Константин не подсекал, невольно став на свою беду очевидцем административного правонарушения: на тех, кто "ходит по-маленнькому" в общественном месте, а двор жилого дома таким местом как раз и является, полиция спокойно может наложить штраф.
Когда эти двое спрятались, как им представилось, за гаражом у детской площадки и практически на виду всех, значит, решили сделать то, что сделали, он дожидался в машине жену.
Слово за слово, завязалась драка. Прямо там, на детской плошадке. Кто кого ударил первым, собственно, уже и не важно, да и попробуй сейчас установи.
Но следствие отчего-то четко встало на сторону отца и сына Буровых, заявляющих, что это, дескать, Пусев начал.
Чем они все подтверждают? Да ничем. Только словами. Хотя сейчас, спустя почти год (!), в уголовном деле вроде как появился новый свидетель - сосед Пусева, который якобы все видел с балкона, но во двор отчего-то не спустился и драку не пресек.
Он как-то неуверенно излагает свои показания, говорят...
Позже выяснилось, что отец и сын Буровы, проживающие совсем в другом месте, приехали помогать с затаскиванием в квартиру мебели соседке Пусева - некоей гражданке Абашкиной, как со временем выяснилось, близкой родственнице Буровых.
На тот момент она была стажёром при отделе полиции Брянского района. Но сейчас уже, по имеющимся данным, работает там - в миграционном подразделении.
Важная деталь в этой истории, между прочим: не исключено, что Абашкина сделала все возможное, чтобы корпоративная солидарность доказала свою мощь, и поэтому органы дознания и следствия взяли Пусева в оборот, что называется, по полной программе.
Других объяснений их завидному служебному рвению в отношении одной лишь из сторон конфликта, который по идее можно было бы погасить в порядке частного (гражданского) обвинения или просто "за бутылкой мировой", как-то не приходит в голову.
В неравной драке - двое против одного, Пусеву досталось прилично.
Но он считает, могли и вовсе прибить. Когда понял, что не до сантиментов, Константин, теряя, по его словам, сознание от бесчисленных ударов ногами по голове (ну а как еще можно избивать лежачего, считай, по старой недоброй русской традиции?) он вспомнил про находившийся в кармане травматический пистолет.
Извернулся и выстрелил. Вначале в воздух - "предупредительный" сделал, как учили, хотя и не обязан был, а когда, как утверждает, не дошло до драчунов, то и в их сторону пальнул.
Себя защищал: не хотелось концы отдать в той бездумной драке... Ранение в ногу получил Буров-старший.
Впрочем, не самое серьезное: медэкспертиза установит, что ему был причинен лёгкий вред здоровью. Наверное, поэтому, не удивляется Пусев, его "оппонент" поначалу даже не сразу среагировал на полученное ранение.
В том смысле, что его Константина, говорит он, эти двое как били неистово, так и продолжали лупить.
Драку остановила жена Пусева, выбежавшая во двор на крики. Пусевы позвонили в полицию.
Но первой, минут через десять или около того на место происшествия приехала почему-то не оперативная группа, а полицейская машина, в которой находилась... та самая стажёр Абашкина.
Дочь и сестра отца и сына Буровых. Удивительно, не правда ли?
Пусев утверждает, что, не разобравшись в случившемся, она сразу стала вести себя вызывающе и очень громко, дала волю эмоциям, которые направила не на близких родственников.
И все бы ничего, но тогда и сейчас Абашкина имела и имеет отношение к полиции. Вряд ли такое поведение можно считать уместным.
Впрочем, дознаватель из опергруппы, говорит Пусев, особого рвения тоже не проявила. Пыталась важное, по мнению Пусева и его родственников, не включить в протокол.
А потом разбирательство по делу и вовсе затормозилось. На несколько месяцев. Пока летом Пусев не сходил на прием к генералу полиции Кузьмину.
О чем сегодня очень жалеет: он просил разобраться с проволочками, бесконечным отказами в принятии его ходатайств, а получил спустя несколько дней... обыск на дому.
В тот момент, когда сам там отсутствовал, уехав в глушь на рыбалку - чтобы хоть немного привести нервы в порядок.
В ходе обыска на квартире у Пусева были изъяты его зимние вещи, которые он безуспешно требовал приобщить к делу изначально. После обыска их отправили на судмедэкспертизу - да, лишь спустя полгода почти.
Пусев хранил их как улики "для себя", надеясь доказать, как его в первую очередь неистово избивали.
Скоро суд. Но Пусев, у которого двое детей, не опускает руки и вместе со свидетелями, которых также не слышит следствие, пытается доказать, что действовал именно в рамках вынужденной самообороны, а не вменённой ему ч.2 ст. 115 УК (умышленное применение оружия с причинением лёгкого среда здоровью).
Уже дошел до Генпрокуратуры. Если потребуется, то утверждает, что дойдет и до Верховного суда.
Понимает, что в наших реалиях рассчитывать на оправдательный приговор, коли дело в суд попадает, почти не приходиться.
Сесть он вряд ли сядет: санкция статьи максимум условное наказание предусматривает.
Но тюрьма Пусева не пугает: ему важно сохранить честное имя за собой.
Смешно ведь потерять его вот так, враз и не за понюх табака, после справедливого, скажем прямо, замечания в адрес залетных уличных ссулей.
