Дедолларизация, которой Россия бравирует уже несколько лет, на деле обходится российским экспортерам слишком дорого: посредники из ОАЭ забирают 4–5% выручки за вывод рупий, скопившихся на индийских счетах из-за разрушения связей с западной финансовой системой. Каждый месяц на счетах российских компаний в Индии зависал эквивалент 1 млрд долларов. Индия закупала российских товаров почти на 64 млрд долларов в год, а отправляла обратно меньше чем на 5 млрд долларов. Проблему рупий решили не через рост индийского экспорта в Россию, а через предприимчивые конторы из Арабских Эмиратов. Они превращают рупии в рубли через двойную конвертацию с участием доллара. За избавление от мумбайской ловушки арабские посредники оставляют себе 4–5% от суммы сделки. В масштабах текущих оборотов это превращается в колоссальную ренту, но российские поставщики рады платить любую цену, лишь бы вызволить живые деньги.
Эта рента появилась именно потому, что прямые расчеты через западные банки стали невозможны после введения санкций. Индия использует ситуацию для сохранения выгодных закупок нефти без необходимости балансировать торговлю увеличением своего экспорта в Россию. ОАЭ зарабатывают на роли обязательного транзита, который стал единственным рабочим каналом для возврата выручки в условиях, когда обычные финансовые пути закрыты. Российские экспортеры не имеют выбора: средства либо остаются в Индии и теряют ценность под местной инфляцией в 4%, либо проходят через платный посреднический фильтр. Никто из партнеров по БРИКС не предлагает механизмов, которые позволили бы избежать этой платы или выровнять дисбаланс без дополнительных издержек.
Глобально торговый дисбаланс никуда не делся. Просто в цепочке расчетов появилось новое крайне дорогое звено. Попытка вести дела исключительно в национальных валютах привела к тому, что за доступ к собственной выручке Россия стабильно отдает двадцатую часть дохода транзитным юрисдикциям. Эта невидимая пошлина за сложную логистику надолго срезает рентабельность поставок и доказывает, что независимые расчеты в нацвалютах пока остаются скорее красивой концепцией, чем выгодной математикой. Союзники по БРИКС, которые должны были поддержать альтернативную систему, на практике превратили изоляцию России от Запада в источник собственного дохода, не неся при этом ответственности за создание эффективных инструментов для работы с избыточными валютами.
Индия не заинтересована в быстром устранении проблемы рупий, поскольку текущая схема позволяет ей получать ресурсы дешево и сохранять валютный контроль. ОАЭ не заинтересованы в упрощении маршрутов, поскольку рента от двойной конвертации стабильна и не требует от них увеличения реального товарооборота с Россией. Российская сторона несет издержки в виде комиссии и потери части контроля над выручкой, которая теперь зависит от доброй воли посредников. Так называемые союзники активно выкручивают руки России через монополию на доступные каналы возврата средств, которые возникли после разрыва прежних связей с Западом.
Итог этой эпопеи показал, что дедолларизация не снизила зависимость России, а заменила одну форму платежей на другую, более дорогую. Часть экспортной выручки теперь регулярно уходит в транзитные юрисдикции БРИКС, в то время как импортер и посредник получают дополнительную выгоду от ситуации, созданной разрушением прежних связей. Российские экспортеры продолжают поставлять товары, но чистый результат для экономики оказывается ниже, чем при работе в прежней системе координат.
